О трагедии усыхания Аральского моря, исчезновении некоторых видов животных и растений говорит весь мир. О пагубных последствиях этого процесса для человека задумывается вся здравомыслящая общественность. Во главу угла упомянутой проблемы ставится вопрос выживания человека в этих условиях. И здесь приоритетными направлениями являются вопросы здоровья населения региона, развития и укрепления его экономики, некоторые социальные программы.
Однако до сих пор нигде не упоминался в должной мере, культурологический аспект этой проблемы: не осознается факт, что негативные последствия аральского кризиса ведут к исчезновению культуры этого региона, являющейся не только достоянием народа Каракалпакстана, но и частью мировой культуры.
Если мы хотим строить светлое будущее, то недостаточно будет только экономических и политических знаний. Вся деятельность человека должна опираться на культуру, на знание ее, на бережное, уважительное отношение к ней, на осознание своих корней и своего места в общественно историческом развитии. Без культуры общество превращается в сборище бездумных роботов, механически выполняющих физиологические и другие функции.
Как известно, каждая этническая группа, называющаяся нацией или народностью, обладает своей культурой. В нашей республике наряду с каракалпаками проживают узбеки, казахи, туркмены и многие другие народы. В государствах Средней Азии идет рост национального самосознания, возрождаются некоторые традиции, есть свобода для исполнения древних культов, верований. В Бухарской. Хорезмской, Самаркандской и других областях Узбекистана большое внимание уделяется преемственности традиций. Однако в нашей республике, где общие трудности усложнились и экологическим неблагополучием, эти вопросы пока подвинуты на задний план.
На недавнем семинаре по Проблемам Аральского моря, проходившем в нашем университете, я спросила студентов: видел ли кто-нибудь Аральское море? Во всем зале не нашлось ни одного, кто бы видел его. Я задала этот вопрос не из простого любопытства. Ведь море было частью культуры региона, дало жизнь многим обычаям, обрядам, ремеслам, видам песенно-танцевального и прикладного искусства. А сейчас растет поколение, в глаза не видевшее Арал. Он исчез. Осознать потерю того, чего не видел и не знаешь - трудно. Чтобы не получилось того же и с нашей уникальной культурой, мы должны сегодня осознать ценность того, что пока еще имеем.
По роду своей деятельности музей искусств имени И. В. Савицкого ведет большую работу со школьниками я молодежью. И, к сожалению, мы наблюдаем, что подавляющее большинство не знает ни своих корней, ни культуры. Ведь нельзя же ограничивать культуру лишь знанием названия своего рола или считать обычай уплаты калыма или полного бытового закрепощения женщины соблюдением национальных традиций.
Многие сегодня забыли, что наши предки - каракалпаки - зарекомендовали себя с положительной стороны еще в древности. Они были храбрыми воинами. Причем, не только мужчины. О женском героизме повествуют легенды и эпос. Каракалпаки были также прекрасными рыбаками, знали секреты земледелия и орошения земель. Даже в трудные для них времена, когда их изгоняли из мест поселений, в условиях перекочевок, они сохраняли свои лучшие качества. Высокая одаренность каракалпаков, этих лучших "в степи песенников и поэтов (по словам Чекана Валиханова), мастерство лучших вышивальщиц-каракалпачек во всей Средней Азии отмечались путешественниками яз далеких стран. Если затронуть более раннюю историю, то масса примеров свидетельствует о том, что достоинства наших предков оказали свое влияние и на другие культуры. Ведь не зря русские и киевские князья брали в жены половчанок. Это и сын князя Игоря - Владимир, и сыновья Владимира Мономаха. Мать Андрея Боголюбского - тоже половчанка, князь Галицкий, Мстислав Удалой - тесть половецкого хана Котята.
Если говорить о традициях каракалпакского народного искусства, то, к сожалению, можно констатировать, что большинство его видов ушло в прошлое и не возрождается: нет ювелиров, нет мастеров резьбы и тиснения по коже и т.д. Например, искусство создания каракалпакской юрты. Все мы знаем, что в недавнем прошлом юрта была единственным жильем каракалпаков. По словам известного деятеля искусств И. В. Савицкого, каракалпакская юрта - одна из наиболее нарядных среди среднеазиатских. Об ее особенностях говорили многие исследователи Средней Азии. Сейчас же традиционная каракалпакская юрта уходит от нас. Мне могут возразить, что, напротив, на различных торжествах мы видим повсюду юрты. Да, но это не каракалпакская юрта. В 1989 году этнографами были опрошены мастера Уйши аула в Чимбайском районе. В этом ауле находился единственный цех юртовых конструкций в системе бывшего Минместпрома. Мастера работают в примитивных условиях, они сообщили, что испытывают недостаток поставок местных пород дерева - актала, каратала, тогайтала, необходимых для изготовления мастей и конструкций юрты. Исчезновение лесов в низовьях Амударьи привело я к постепенному исчезновению специальных пород деревьев, отличающихся мягкостью, легкостью и гибкостью. Опять мы сталкиваемся с последствиями гибели моря.
Вторым немаловажным наблюдением оказалось то, что юрты каракалпакского типа, имеющие свои особенности, в частности, в купольной части (шангарака), состоящей из двух обручей (тогын или табан), изготавливаются в специальной печи и также не производятся сейчас. Эти конструкции более сложны по сравнению, например, с типами казахских юрт. К тому же заказчиками каракалпакского типа юрт были в основном рыбаки низовьев Аму и Приаралья, потерявшие, по известным причинам, свой промысел. И уже в конце 80-х годов цех не получил ни одного заказа на каракалпакскую юрту. А мастера выполняют заказы животноводов Бухары, городов Туркменистана и Казахстана по упрощенной конструкции.
Это лишь один пример. А в каком состоянии находятся памятники древности, вызывающие восхищение всех, кто видит их! Наши трудности заслонили и их судьбу. Никто всерьез не занимается их сохранностью для будущего. Все богатства каракалпакского народа, уникальные образцы ювелирного, ковроткацкого, резного искусства находятся в полном объеме в единственной в мире музейной коллекции, дающей полное представление об уникальной культуре малочисленного народа. Это- музей искусств имени И. В. Савицкого.
А что происходит здесь? Поинтересовался ли кто-нибудь из общественности, как выживает музей в сегодняшних условиях? Кучка энтузиастов ежедневно ведет труднейшую борьбу за сохранение уникальной коллекции. Эта борьба состоит из борьбы с молью, другими насекомыми, из борьбы с ядовитой пылью и воздухом, которые тлетворно скалываются на экспонатах, из бесконечных переписок и убеждения всех тех, от кого зависит судьба музея,
Говоря о судьбе нашей культуры в условиях Аральского кризиса, нужно думать о том, чтобы избежать опасности ее утраты, возможности рассредоточения по разным странам и ассимиляции в культурах других народов. Ведь не секрет, что в поисках лучшей жизни (и это естественно) люди стремятся уехать в другие города, государства. Если в прошлом каракалпаки кочевали единой общностью (по разным причинам), сохраняя тем самым свою культуру, то сейчас этот процесс может принять непредсказуемый характер для сохранения целостности культуры.
Вопросы, затронутые мной в этой статье, являются попыткой проанализировать происходящее. Они могут вызывать споры, сомнения,
Но размышления эти - результат опыта наблюдения и повседневной работы. Если мы все сегодня станем думать и о завтрашнем дне, сделаем хоть что-то, чтобы это завтра было счастливым, мы на правильном пути.
М. БАБАНАЗАРОВА, директор Государственного музея искусств имени И. В. Савицкого.
ВК № 11 (15937) 7 февраля 1995 г.
TrackBack
Версия для печати
RSS комментариев к этой записи